Разделив связь Бессмертного короля со скрижалью, Нурлан надеялся, что мёртвые перестанут атаковать и преследовать живых. Увы, надежда не оправдалась. Он активно пытался помочь артефктологам разработать  действенное оружие против армии не-живых. Увы, большого прорыва не случилось. К тому же Нурлан был в первую очередь целителем. А чем больше скопление людей в одной точке, тем больше вероятность развития болезней, которые требовали его внимания. Была и третья причина, почему маг не мог полностью отдаться созданию действенного артефакта - его центурион. Раэль наконец перестал бегать от их взаимных чувств. Любовники старались держать лицо, но если выдавалась возможность, как влюблённые подростки, ловили мгновения, чтобы побыть вместе.

Не смотря на такой забитый график, Нурлану удалось найти время и для собственного проекта - починки “Песни стекла”. Далеко не сразу, но артефактору удалось воспроизвести опыт, и восстановить сломавшийся артефакт. Теперь диагностика больных и заколдованных проходила куда быстрее и удачнее - как раньше. И это не могло не радовать Нурлана.

Казалось бы - всё снова вернулось к прежнему состоянию ожидания, что что-то да произойдёт. Солдаты учились справляться с новой угрозой, а все остальные готовились “к тому, не знаю к чему”. Как минимум так это воспринимал Нурлан.
И тут неожиданная просьба от Леона - пробраться в  палатку провидца, что ныне пребывал в кататоническом состоянии и попытаться облегчить его состояние. Что ж, тайно, так тайно. Хотя лекарь с куда большим удовольствием воспользовался бы прямым подходом - входом в палатку. Кто мог быть против осмотра Каэла? Особенно если был шанс улучшить его состояние. Не то, чтобы Нурлан не верил своим коллегам, но у каждого лекаря немного свой подход.

Шпионом был скорее Раэль, а не Аквилла. Но кое-чему научиться за время службы да успел. Зная, что немало выделяется на фоне прочих военных, Нурлан дождался тёмного суток, ослабил крепление палатки с наименее заметной стороны и проник под её полог. Каэл, казалось, его даже не заметил. Выглядел провидец в конец исхудавшим. Ел ли он в последнее время?  Казалось, одно неосторожное движение, и мужчина рассыпется как сломанная фарфоровая кукла. Если ему не помочь, то Каэл может долго не прожить.

Сколько он тут уже находился? Как минимум всю ночь, судя по звукам лагеря за стенкой палатки. За это время Нурлан, с помощью Песни стекла несколько раз осмотрел пациента, бережно перебрал его вещи в надежде найти триггер, которым можно было бы попытаться пробудить сознание и бережно воздействовал на провидца магией, дав ему больше сил, чтобы продержаться ещё немного. На данный момент он уже часа два к ряду пытался деликатно, достучаться до сознания провидца, заодно проводя  ароматерапию на основе того немногого, что он знал об этом загадочном мужчине. Хуже не будет, но вдруг поможет, пока он ищет хоть какой-то отлклик сознания?

Отредактировано Nurlan Aquilla (2026-05-10 14:12:44)

Они покинули Грань в конце сентября. Позади остались серая, выжженная земля, воздух, который царапал горло маслянистой гадостью, и ощущение, что сама смерть следит за каждым шагом.
Причина срочного отхода из Архадана была запечатлена на бумаге за подписью легата Велизария. Сургуч хрустнул под пальцами, печать с драконом раскололась, когда Аттеи развернула лист и прочла о новой угрозе с запада. До сего времени о пустыне до нее доходили лишь обрывки слухов — Верена не придавала им значения, поглощённая северной провинцией, где только что закончилась доблестная глава имперской истории.
В столице она узнала не только детали готовящейся в Башнариме миссии, но и новости о своем возможном назначении. Последнее известие, к слову, не вызвало у неё ни удивления, ни волнения: Верена приняла его с той ледяной невозмутимостью, с какой принимала всё, что не зависело от её воли.

В пустыню они вошли в середине октября. Первое, что ударило в лицо, — не запах гнили и металла, а сухой, обжигающий воздух, который не царапал, а выжигал. В Теневых Землях было влажно и липко, как в гниющем болоте. Здесь — сухо, как в раскалённой печи. И ветер. В Архадане он почти не двигался — стоял, тяжело дышал, как умирающий. Здесь ветер дул всегда — резкими, злыми порывами, которые гнали песок и шептали на языке, которого она не понимала.
В пути отряд магов настигли сны — Верена понимала: их принёс «ветер». И похоже, Бессмертный король выбрал себе жертв. Наверное, не следовало отпускать доверенных людей так далеко в пустыню. Но, как они решили на внутреннем совете, чтобы добраться до врага, нужно сперва как следует его изучить.

- Ладно, Астор, в случае чего просто попробуй поговорить с мертвыми… - это было единственной шуткой, прозвучавшей в ее шатре, в тот день.

А для этого придётся какое-то время играть по его правилам.

- Не делайте резких бросков в пустыню. Вы помните, как мы шли в Архадане и как тактика “медленного продвижения” спасла нам жизни. Пустыня еще коварнее чем твердая земля - не успеешь моргнуть, и песчаная буря тебе накроет.

Уйти с Астором, Рокеро и Тейтом она не могла — долг и ответственность приковывали к лагерю. Оставалось одно: коллеги стали её глазами и ушами, разведкой, которую на пути ждала лишь неизвестность. И эта неизвестность казалась страшнее той, что таилась в мёртвых болотах Архадана. Именно по этой причине она дала им сопровождение, однако судя по всему Астор, выбившийся в неформальные лидеры их троицы, решил не обременять их хрупкий, основанный на шантаже, договор другими участниками, и покинул лагерь раньше оговоренного времени. Верена узнала об этом пост-фактум, приняв эту новость ровно также, как свое назначение. Командовать некромантом, которого она спрятала под носом у имперской армии, в полной мере она не могла. Более того, на пути озлобленной пустыни лежали его родовые земли.

Оставшись в лагере, Верена погрузилась в наработки магов, которые занимались этой проблемой дольше неё. Ей предстояло выяснить главное: похож ли механизм бури на классическое взаимодействие стихий и можно ли разложить его на первоэлементы, чтобы рассеять. Одних теорий для ответа было мало — требовалось ступить в саму бурю, где, по донесениям, уже поджидали неубиваемые воины. Для Верены это были просто твари, такие же, как те, что встречались за Гранью. В связи с этим внимание Аттеи привлекли артефакты, которые удалось добыть и уничтожить, — скрижали, связанные с королём и его армией. Особенно Скрижаль Дыхания. Поэтому, когда поступило приглашение обсудить результаты расшифровки, Верена согласилась не колеблясь.

Отредактировано Verena Attei (2026-05-17 10:40:18)

Подпись автора

SKY ABOVE, VOICE WITHIN

Доклад центуриона Рюйтера о беспокойстве префекта Банкерта заставил Велизария задуматься. Северные руины были приоритетным направлением, и тревога передалась и ему. Решение созрело быстро, без лишних колебаний.
– В срочном порядке сообщите префекту Банкерту, что я лично прибуду к башне этим вечером. Вместо подробного доклада мне нужен от него краткий запрос с характеристикой проблемы и требуемыми средствами её разрешения. Специалисты, материалы, что угодно. В течение следующего часа жду от вас новостей, центурион. – На лице легата мелькнула тень неудовольствия от необходимости провести полдня в седле, глотая песчаную пыль, но решительности ему было не занимать.

Коротким жестом Авиен подозвал адъютанта и вполголоса распорядился готовить коней и личную стражу легата для скорой отправки на север. Затем взгляд его упал на оставшегося в зале префекта. Ян Барош был матерым ветераном за пятьдесят, с длинными усами, одноглазым, с повязкой на месте отсутствующего глаза, харизматичным и лихим, но ворчливым из-за возраста и травм. Родом с восточных провинций, центурионом стал на западе еще лет пятнадцать назад, потом служил на востоке и севере. Весной его когорта оказалась одной из самых пострадавших от трагедии у Башни некромантов и воссоздавалась практически с нуля. Именно из-за опыта службы в пустыне Велизарий запросил этого префекта и его когорту в качестве подкрепления. Барош прибыл на границу только сутки назад, и почти половина его людей всё ещё находилась в пути или только собиралась выступать из вербовочных каструмов, но легат был рад и этому.

– В моё отсутствие будете заменять меня в штабе, префект Барош. Допрос Шайры Раашир делегируйте центуриону Веймару, чтобы поощрить его инициативу, но итоговую ответственность возлагаю на вас. Дайте пленнице понять, что скрижали уничтожены, это не обратить вспять, но она ещё может помочь нам спасти её народ. Выясните, что ей известно о бессмертии пустынного короля, о возможном существовании других скрижалей, об уязвимостях призрачных воинов и бури, о её принадлежности к королевскому роду Башнарима и как это можно использовать против восставшего короля. Историк будет вашим консультантом, пусть сверяет ее слова с видениями провидца. После передайте стенографию допроса лично центуриону Верене Аттеи вместе с моим распоряжением о том, что во всех магических и исследовательских вопросах она получает временную свободу действий на уровне префекта. Содействуйте ей, удовлетворяйте запросы в рамках разумного, от магов мне нужны результаты, а не доклады.

Он убедился, что префект делает пером заметки о звучавших указаниях, после чего продолжил:
– Помимо этого, необходимо начать учения, приближенные к настоящему столкновению с этим врагом. Не только теория, но и практика, – легат вновь обратился к представителям магической когорты. – Выделите магов-иллюзионистов для воссоздания достоверной иллюзии магической бури, наката призраков и нежити, чтобы легионеры и животные привыкали к их виду и запаху и учились принимать решения при отсутствии нормальной видимости. Привлекайте специалистов, знакомых с проявлениями некромантии. – Он вернул взгляд на Бароша. – Назначьте ответственного и составьте график таким образом, чтобы за предстоящую неделю через учения прошли все центурии, начиная с новонабранных. И раздайте легионерам шарфы и платки для защиты лица и глаз от песка в условиях бури. Если не будет доставать, то закажите на местном базаре, пусть шьют.

Легат как раз дописывал указ о полномочиях Верены Аттеи, когда в помещение вошёл разведчик с докладом от префекта Харриса. Велизарий выслушал, пробежал глазами свиток и кивнул:
– Сообщите префекту или центуриону, что я освобождаю вас и ещё нескольких разведчиков вашей центурии от текущих задач и временно забираю под свое прямое командование. У вас полчаса на подготовку и сбор отряда, после мы выезжаем к северному краю оборонительной линии. Вы свободны, Артур. – Последними словами он избавил разведчика от необходимости подбирать слова и усугублять свое и так заметное волнение. Протянув свиток Барошу, легат продолжил как ни в чем не бывало:
– Я не успею вернуться к завтрашним переговорам, так что именно вы, префект, будете говорить с калимарцами от лица имперского командования – точнее, целитель-полукровка будет говорить от вашего имени и переводить. Не пренебрегайте его знанием языка, местного этикета и традиций. Главное, – голос Велизария стал жёстче, – карабаши должны избрать из своего числа одного военачальника, которому согласны временно подчинить свои вооружённые отряды. Без порядка и единоначалия их ждёт только поражение и смерть. Этот избранный будет присутствовать в штабе легиона на равных с префектами, подчиняясь мне исключительно в вопросах ведения войны. Если карабаши воспротивятся, то скажите, что в ином случае я отведу свои войска к границе и сосредоточусь на её защите. – Он сделал небольшую паузу, позволив себе испить воды из кубка. – Из гуманитарных проблем для нас более всего важны две: нехватка людей для углубления и расширения городского рва и проблема с захоронениями, ибо кладбища и курганы могут стать очагами восстания мертвецов в нашем тылу. Пусть их маги запечатают такие места или решат это иначе – лишь бы был результат. Свежих покойников рекомендуется не хоронить целиком, а отделять конечности от туловища или сжигать. Действенный метод, если верить докладам разведчиков. – Тень омрачила даже его лицо. Тема была не из приятных, но проблема от этого никуда не денется. – Если переговоры пройдут успешно, убедите их отправить людей на запад за уцелевшими кланами. Пусть применяют силу, если потребуется, и ведут их в Азра-Кайим или гонят на юг. Каждый мёртвый калимарец – это солдат в орде мертвецов. Встреченные по пути тела убитых пусть рубят на куски.

Авиен объявил совет завершённым. Адъютанты помогли облачиться в лёгкие кавалерийские доспехи, которые сейчас были нужны больше для демонстрации присутствия легата на переднем крае и подъёма боевого духа, чем для защиты. Конь, сытый и оседланный, уже ждал во дворе вместе с разведчиками и легатской стражей, двое из которых были удостоены зачарованных мечей, способных изгонять шад-барим. Отправились сразу, галопом, по уже утоптанной дороге вдоль оборонительной линии. Каждые час-два меняли коней в центурийных каструмах, выслушивая краткие доклады и перекусывая на ходу.

[dice=36784-1:20]

Отредактировано Velisarius Avienus (2026-05-23 02:30:14)

Подпись автора

Хронология жизни

В шатре командования стало тихо, как в склепе - только скрипели перья адъютантов да где- то далеко за пологом ухал боевой рог, сгоняя центруии. Легат покинул штаб, оставив за собой хлопнувшую дверцу штабного сундука и запах горячего конского пота.
Ян Барош проводил его взглядом единственного глаза и тяжело опустился на низкий стул. Спина ныла после дороги, -  старые раны аукались при каждой смене погоды, а пустынная жара, сухая как печной жар, выжимала из тела последние силы. Он привычно потер правый висок, где под повязкой было пусто, и хмыкнул.
-  Добро, -  буркнул он себе под нос, пробегая глазами заметки, -  Поручений на троих, а времени -  кот наплакал.
Прежде всего он вызвал центуриона Веймара - того самого брата погибшего, с басистым голосом и жутким шрамом на горле. Роланд вошел быстро, без лишнего шума, и замер по стойке смирно. Ян окинул его цепким взглядом: держится молодцом, не суетится. Легат прав в выборе. Такого можно и в разведку послать, и в допрос поставить -  не обосрется.
- Центурион, - Барош пододвинул к нему чистый лист бумаги, -  Будете рядом, на подхвате. Записывать, следить, чтобы я сам от слов пленницы не отвлекся. Моя задача -  допросить ее лично, а ваша - чтобы ни одна деталь мимо нас не пролетела, - Он усмехнулся, обнажив темные зубы, - Легат доверил мне это дело, я его и поведу. А вы - глядите в оба. Усек?
Веймар кивнул, не проронив ни звука. Ян разъяснил суть коротко: никакой жестокости, но и сюсюкать нечего. Скрижали уничтожены - сказать прямо. Девка должна понять, что обратного пути нет. А потом - вытаскивать из нее все, что она знает: про короля, про бессмертие, про уязвимости этих проклятых духов. Историк подспорьем, пусть сверяет каждое слово с бреднями того полоумного провидца Каэла.
Дожидался он недолго. Солнце перевалило за полдень, когда снаружи раздались шаги. Полог откинулся, и в шатер шагнул центурион Веймар, а за ним, - двое стражников и она.
Шайра Раашир.
Ян в первый раз видел ее так близко. Cовсем девчонка, хотя глаза усталые, много видевшие. Оковы с нее сняли по приказу префекта.
Ян не стал приглашать ее сесть. Вместо этого он поднялся из- за стола, обошел его тяжелой, чуть шаркающей походкой ветерана и остановился напротив пленницы, скрестив руки на груди. Единственный глаз впился в нее, не стесняясь оглядывая с ног до головы.
- Госпожа Раашир, - проговорил он с тяжелым южным акцентом, цедя каждое слово, - Меня зовут Ян Барош. Я - префект Арионской Империи. И вы будете говорить со мной.
Она молчала, но и не опускала взгляда. Ян махнул рукой в сторону табурета - не жест приглашения, скорее приказ.
- Скрижали, что вы охраняли, уничтожены. Ваш Бессмертный король теперь не получит то, ради чего поднял своих мертвецов. Хотите - верьте, хотите - проверьте. Это правда.
Он сделал паузу:
- Но это не значит, что вы нам больше не нужны. О, нет. Вы - последняя ниточка к этому вашему... королю. Что вы о нем знаете? Расскажите, что несет в себе буря, и как ее остановить? Расскажите, почему духи его воинов не горят в огне, как обычная нежить, - Он качнул головой, повязка на глазу чуть съехала, - И тогда, быть может, я вспомню, что вы - не просто пленница, а... королева. Как там вас называл тот безумец?
Историк в углу заскрипел пером. Веймар замер у входа, готовый в любой момент вмешаться. А старый префект продолжал сверлить Шайру взглядом, пытаясь уловить хоть одну заминку или тень мысли.
- Начинайте, госпожа Раашир. Время - не песок в пустыне. Оно уходит. Ваше - быстрее, чем мое.
на харизму
[dice=5808-1:20]

Отредактировано Alric Korhonen (2026-05-31 18:01:31)

В шатре повисла тяжелая, липкая тишина - только историк все еще скрипел пером, дописывая последние слова бесполезного допроса.
Шайра Раашир не сказала ничего нового. Не лгала, не увиливала, просто ничего не знала. Или делала вид так хорошо, что старый Барош не мог отличить одно от другого. Девчонка твердила о погибшем клане, о том, что сама задушила бы короля голыми руками, и в ее глазах горела такая тоска, что Ян почти поверил. Почти.
- И что это нам дает? - рявкнул Веймар, прерывая очередную пространную теорию историка о побочных ветвях древних династий, - У нас война с мертвыми, а не спор за трон среди руин.
Ян молчал, массируя переносицу. Глазница под повязкой ныла противно, в такт пульсирующей головной боли.
Историк не унимался. Его гипотеза о том, что Шайра могла быть дальней родственницей самого Бессмертного короля, звучала… не безумно. Слишком гладко. Слишком удобно.
- Госпожа Раашир, - спокойно продолжал историк, - Вы никогда не задумывались, почему?
Шайра открыла рот, но ответа Ян не услышал.
Полог шатра взлетел в сторону. Внутрь ворвался запыхавшийся офицер - один из дежурных по лагерю, бледный, с перекошенным лицом.
- Господин префект! - выпалил он, не взяв трубный тон, - Палатка провидца… Каэл. Кто-то проник внутрь. Его ввели в кому. Магическую. Лекари говорят - безвозвратно.
Секунду он смотрел на офицера так, будто тот сообщил, что пустыня внезапно позеленела и покрылась цветами. Потом медленно, тяжело поднялся со стула. Спина заныла, но он не обратил внимания.
- Как - безвозвратно? - голос префекта звучал тихо. Слишком тихо для его комплекции. – Кто?
- Неизвестен, господин. Стража не видела. Маги говорят - если попытаться вывести, он умрет.
Ян выругался. Длинно, сочно, на языке, который не перевели бы и в портовых кабаках.
Провидец был их единственной ниточкой. Бредовой, бессвязной, но - ниточкой. Теперь и ее нет. Он перевел взгляд на Шайру. Та смотрела на него с непроницаемым лицом.
- Центурион Веймар, - голос Бароша стал вязким, - Расследуйте, кто проник к Каэлу. Опрашивайте стражу, магов, всех, кто был поблизости. К утру жду доклад.
Он перевел взгляд на пленницу.
- Допрос продолжите завтра. А пока - уведите ее. Дий на контроле.
Веймар кивнул. Ян уже шагнул к выходу, но на секунду замер, обернувшись:
- И приставьте к палатке Каэла усиленную охрану. Посторонних - не подпускать. Лекарям - чтобы ничего, кроме поддержания жизни. Не трогать, не пытаться вывести. Поняли?
Утро второго дня
Ян вернулся в шатер затемно, почти не спав. Расследование Веймара ничего не дало - следов не нашли, стражники клялись, что никого не видели. Каэл лежал в коме, и лекари разводили руками.

Встреча с карабашами была назначена на утро.
Нурлан ждал его у входа - синяя роба, пестрый тюрбан, косички, спокойные глаза. Полукровка-целитель, которого легат велел брать переводчиком.
- Слышали уже про Каэла? - буркнул Ян вместо приветствия.
Нурлан кивнул, не меняя выражения лица.
- Пойдем, - префект зашагал к выходу из лагеря, даже не проверив, идет ли целитель следом, - У нас разговор с местными. Они еще не знают, что их единственный прорицатель теперь молчит. До них дойдет - начнут паниковать. А нам паника ни к чему.
Они вышли за временные укрепления, туда, где на юго-западной окраине Азра-Кайима, среди лачуг и обрывков палаток, ютились уцелевшие кланы Калимара.
Карабаши ждали.
Ян окинул их цепким взглядом - худые, обожженные солнцем лица, настороженные взгляды, руки на поясах - недалеко от оружия. Осторожность еще никого не убивала.
- Переводи, - тихо сказал он Нурлану, а потом шагнул вперед и заговорил, четко, громко, растягивая слова, чтобы даже глухой понял:
- Меня зовут Ян Барош. Я - префект Арионской Империи. Говорить буду коротко.
Он шагнул вперед, единственный глаз смотрел без тени дружелюбия.
- Империя берет защиту Азра-Кайима на себя. Но дисциплина в войсках - закон. Если ваши люди будут продолжать воевать сами по себе - вы умрете. Все. До одного. Мы не можем держать фланг за теми, кто отказывается подчиняться единому командованию.
Выдох.
- Легат требует избрать одного военачальника из вашего числа. Он будет заседать в штабе легиона наравне с имперскими префектами. Ему - подчинять ваши вооруженные отряды. Легату - только в вопросах ведения войны. В остальном - вы сами себе хозяева.
Во рту появилась горечь от сказанного.
- Если откажетесь - легат отведет войска к границе. Вы останетесь одни. Без стен, без магии, без оружия, способного изгонять шад-барим.
Тишина стала тяжелой. Широкая грудь военного офицера качнулась на резком вздохе. Ян не дал им времени на перешептывания:
- Это не просьба. Это распоряжение легата. Принимайте или отвечайте за последствия сами.

[dice=32912-1:20]

Отредактировано Alric Korhonen (2026-06-07 21:42:33)

[indent] Застыв в позе правды вопрошающей, Верена продолжала сверлить взглядом главу собрания – седого старика с мелкими чертами лица. Он был чем-то похож на птицу, которая слишком долго вила свое гнездо, тащила туда дорогие сердцу и магической науке сведения и теперь не очень охотно расставалась с ними. Замкнутый на себе мирок Шпиля и военная магия сходились в бессмысленном поединке у самых ворот надвигающейся бури. Если они не найдут общий язык, все в скором времени станет совершенно бессмысленным.
[indent] Однако, выслушав ответ коллегии о поверхностных основах ритуала Бессмертного короля, Аттеи покачала головой с некоторым удовлетворением.
[indent] Итак, пятая точка, вершина, доминанта – сам король. Слова магов звучали разумно, но порождали еще уйму недосказанности, которую требовалось развеять. Вдобавок еще эти… «боги», а вернее «лжебоги». Верена приподняла бровь во время перечисления витиеватых имен – ее коллеги, последователи Велира, говорили о сгинувших в веках идолах почти-что с придыханием. Аттеи списывала это на привычный науки азарт и раболепие перед тайнами – какими бы они не были, и как бы не назывались – пускай это были лжебоги, для ученых, в первую очередь, это было открытие – магическое, историческое, философское, политическое… Аттеи это понимала. Но её ум, привыкший к анализу, уже складывал собственную теорию о происхождении культов — названия тех запоминались неохотно, цеплялись за память ребристыми осколками. Она не была ни историком, ни философом, ни политиком. Она была магом. И её цель — разложить магию на карты, где каждый компонент силы и энергии занял бы своё место.
[indent] Верена взяла листы, которые протянул молодой маг, и пробежала их быстрым, цепким взглядом. Иератические письмена, копии барельефов, комментарии переводчиков — всё это выглядело внушительно. Она отложила бумаги на стол и подняла глаза.
[indent] - Имена богов – это, безусловно, важное открытие. Но как мы знаем - башнары были магами. Великими магами, способными управлять бурями, подчинять себе смерть, создавать артефакты, которые не поддаются осмыслению даже спустя тысячелетия. Мы знаем, что их цивилизация пала, а знания утеряны. И теперь мы находим имена тех, кому они поклонялись… или кого они помнили? Присутствует ли здесь божественная природа или это лишь «племя бессмертного короля» - иными словами, племя тех, кто ранее был смертен.
[indent] Не дожидаясь той бури, которая могла бы разыграться в шатре после ее слов, центурион резко продолжила:
[indent] - Ладно, с Вашего позволения, оставим философские диспуты на потом. Время не терпит, и у меня к вам есть еще несколько встречных вопросов, более приземленного характера. - она быстро обвела взглядом всех присутствующих, вернувшись к главе собрания.
[indent] - Итак, по порядку. Первый – засекалось ли время, чтобы точно выявить периоды бездействия бури и, предположительно, короля? Если эти записи уже есть, их необходимо передать в руки армии для дальнейшего просчета тактики.
[indent] - Второй вопрос: пытался ли кто-то воздействовать на его магию — предположительно стихийную — тем же методом, через элементалистов воздуха? Создать резонанс, прощупать механизм его колдовства?
[indent] Аттеи опустила ладони на стол, теперь почти нависая над ним. Вся ее поза выказывала исключительное нетерпение, однако тон оставался ровным и размеренным, становясь громче лишь во время внезапных оживлений коллегии.
[indent] - И третий - коллеги, Вы упомянули Дар-Наахет в связке с разумом короля. Получается, если она уничтожена, его разум… поврежден?
[indent] В шатре вновь стало шумно.
[indent] Собрание продлилось еще некоторое время, а Верена получила не только ответы, но еще больше вопросов, а главное четкое понимание, как действовать дальше и получить желаемые записи. Вытягивать из этого магического улья по одному умозаключению в получас она не собиралась, значит – надо было действовать через начальство.
[indent] — Я заберу эти копии для изучения. Особенно меня интересуют любые упоминания о связи этих… существ… со стихиями, с ритуалами, с артефактами. Если боги были магами, они должны были оставить после себя не только храмы, но и способы взаимодействия с реальностью. Способы, которые мы могли бы использовать против их же наследника.

[indent] Верена вернулась в свою палатку, когда солнце уже клонилось к западу, перед этим заглянув в командный пункт с коротким докладом и для так называемой «сверчки часов». Там она узнала о скором допросе калимарки, где могли бы пригодиться сведения из ее отчета.
[indent] Отчет был готов к полуночи. Сначала Верена перечислила сухие факты: дату, место, присутствующих, основные тезисы обсуждения. Далее - свои соображения: о природе бури как ритуальной магии, возможной связи между «богами» и могущественными магами прошлого. А также о том, что дальнейшее изучение храмовых надписей может дать ключ к ослаблению бури, но не быстрее, чем враг нанесёт удар.
[indent] Она перечитала написанное, внесла правки и подписала. Затем запечатала отчёт сургучной печатью с оттиском когорты и отнесла в штаб. Дежурный офицер принял свиток без лишних вопросов — только пообещал передать легату с утренним донесением.

[indent] Утро следующего дня встретило Верену зноем и полным безветрием. Пустыня замерла: песок не шевелился, воздух стоял тяжёлой, раскалённой стеной, и даже тени казались неподвижными. Буря, о которой столько говорили, пока оставалась только в сводках — где-то далеко, на подступах.
[indent] Верена вышла на полигон, где маги когорты уже строились для тренировки. Сегодня отрабатывали бой в условиях магической бури — по расчётам, это могло пригодиться уже скоро. Она заняла своё место в строю, проверив кольцо на пальце.

Отредактировано Verena Attei (2026-06-15 00:28:49)

Подпись автора

SKY ABOVE, VOICE WITHIN