Родственные связи

Родители, братья/сестры, кузены/кузины, дети

Леа Реон, графиня Пелта - мать, 38

Родственники со стороны матери:

[...] Реон, граф Пелта - дед, 58

[...] Реон, супруга графа - бабка, мертва

[...] Реон, наследник графства - дядя, 34

Закари Торвин, принц крови - отец, 40

Генрих Торвин — дядя, наместник Сольнмарка

Вольфганг Торвин — дядя, почивший император

Дети и бастарды Вольфганга - двоюродные братья и сестры

Маркус Торвин «Жестокий» — дед

Хельга Торвин — бабка

[...] Торвин - младший брат,16

О персонаже
Ее назвали Джилл и, будучи мелкой, она считала, что такое имя подойдет право что собаке, но никак не принцессе, которой мечтают родиться другие. Не зная подоплеки, мечтаешь о глупостях, потому что статус не дает свободы выбора, пусть и на многое закрывает глаза старших отпрысков и наставников.
Проводя большую часть времени с отцом, понабралась от него всякого, в том числе может и  ругнуться совсем не по - принцесски. Да и вообще, Джилл весьма своенравна. Уговорила Закари научить ее хоть как-то владеть мечом; пару уроков дали, поэтому ударить палкой по грибушине стало чем-то наподобие развлечения. Наблюдая за тем, как возился с драконами отец, Джилл поняла только одно - стать всадником, вот чего она хотела больше жизни. Никакое замужество не шло вровень с тем, какие перспективы открывались у всадников.. Но если ты рождаешься с чревом внутри себя, то это всегда будет разменной монетой, стоило смириться с этой мыслью, но Джилл понимает, что ей это не надо. Да и после первой попытки, все мужики приехали в один статус - козлы, думающие лишь нижней часть своего тела. Уж она-то четко знает чего хочет, поэтому и ляпнула - сначала всадничество, потом, так и быть, замужество. Джилл вспыльчива: любое проявление неуважения к ее семье (огрызаться можно только ей!) будет встречено попыткой драки. И пусть такое поведение совершенно не свойственно отпрыскам Императора, принцесса себе это позволяет.
И как-то совсем уж незаметно подкралось время для обучения.в Академии Черного Шпиля, ведь, в ней, как и брате, вспыхнула искра; и проявилась у девчонки она как-то совсем уж нечаянно - испугалась подкравшегося Торвина младшего.
Учеба давалась ей не так легко, как хотелось бы. Привыкшая действовать наобум, быстро и необдуманно, играло против принцессы, поэтому пришлось учиться спокойствию, совсем ей не свойственному.  Однако вскоре ее потуги возымели успех.
Новость о том, что драконы погибли, выбивает почву из-под ног. Сначала она думает о том, что отец погиб, а потом, когда эту новость опровергли, понимает, что ее мечте теперь не сбыться? Неужели драконы больше никогда не появятся? Неужели были столь беспечны, что не оставили потомства? Джилл не знала что теперь делать - бояться последствий или не мириться с подобным положением дел?

Навыки
Для магов: ступень магии 1, но изучает вторую: боевая магия, иллюзии
Для людей: Образована согласно статусу, вышивает, ездит верхом на лошадях (а мечтает о драконе), играет на клавишных, танцует, немного поет. Готовить не умеет (если понадобится, накидает в котелок все возможные несочетаемые друг с другом продукты и стыдно ей не будет). Машет своим посохом (кондуитом) не хуже меча

Артефакты
Цепочка из белого золота, выступающая в качестве браслета, способная защитить от внезапной магической атаки, которую прошляпила сама принцесса. Действует раз в 12 часов.

Дополнительно
- У Джилл всегда вьются волосы, чтобы она с ними не делала и ее это раздражает
- Имеет в использовании посох в форме полумесяца и повязанной на краю красной лентой. Камень внутри полумесяца синего цвета светится, когда девчонка пропускает сквозь него магию
- Единственный мужчина, которого подпустила к себе - черный жеребец по кличке Штейн.

Пробный пост

Пост

Холодно. Ей кажется, что облака пара вылетают из легких так же просто, как дается само дыхание. Впрочем, и об этом девушка могла поспорить. Дышать стало неимоверно тяжело, будто воздух отяжелел и стал влажным одновременно, замерзлая в альвеолах. Как они еще дышали нормально – большой вопрос. Не сказать, что волшебница была великим знатоком драконов или всяких тварей, но подобное могли провернуть не так много.
Кто может скрываться столь умело, не выказывая своего нахождения до поры до времени? Кто мог наводить такую стужу, будто резко получилось телепортироваться из пустыни в ледники? И самое главное голос. Почему он был детским?
Она не помнила, умели ли драконы разговаривать, только помнила что их было пятеро? Вроде бы пятеро, под каждый элемент магии. Сотворение пришло позже и к драконам уже не имело никакого отношения. Какова вероятность, что здесь замешан именно ледяной дракончик? Дурость! Нет здесь никого из тех сказок и поверий. Сколько лет уже люди передают себе эти легенды? Сколько же долго существует этот мир, и драконов, на минуточку, никто за это время не видел!
Возможно, то вообще была лишь чья-то выдумка, но люди любят верить хоть во что-то, и вот к чему это приводит в итоге.
Агата пытается вдохнуть глубже, но ничего не выходит. Она четко слышит чьи-то шаги, нарушающие тишину чердака. Хуже не придумаешь. Во всех страшных сказках на чердаке жил злой дух, дабы кого-то сожрать, например, непослушного ребенка, который решил, что мать просто шутит. Глаз невольно начинает дергаться, когда Аарон хватает ее за руку, заставляя прийти в себя.
– Можно вести целый бестиарий по тому, что здесь творится, – пытается пошутить принц. – Даже боюсь представить, что ждет дальше, если мы застряли в самом начале.
Она не ответила, только отдернула руку. Для того, кто скрывал слишком много информации, такое поведение – настоящее кощунство. Волшебница была обижена? Или просто расстроена тем фактом, что оказалась в полной заднице, о которой, как выяснилось, не имела ни малейшего представления. А принц эльфов и не собирался делиться информацией. Сколько он еще знает того, во что не посвятил ее?
Впрочем, думать об этом именно сейчас было глупо. Эграсса в очередной раз хмыкает, мол, что, принцесса, опять испугалась? Перекидывает между рук свое оружие, но отворачивает голову, вслушиваясь в шаги. Они становились громче, то затихали.
– Поиграй со мной...
Голос раздался прямо над ухом девушки и она понимает, что начала кричать. Крик ее разрезал пространство, из-за чего возню двух мужчин она просто-напросто пропустила.
– Не дай этой твари до нее дотронуться! – кажется, это был голос Эграссы, но Агата уже и сама не поняла, потому что ощутила на своем плече что-то когтистое, мерзкое, вонючее и холодное, как чистейший лёд.
Тело онемело. Мышцы заныли в агонии, пока сама волшебница падала на пол, не разбив нос только потому что кто-то подхватил ее на руки.
– Наружу! В доме нельзя оставаться.
Два эльфа вылетели на улицу, где продолжало светить солнце, и только сейчас до принца начало доходить, что они не вступали в дом, так какого хрена!?
– Дом надо сжечь, – командует Эграсса так, словно у него здесь целое войско. – Шептуны не могут выйти наружу, обычно.
Он знал кто это?
Аарон закатывает глаза, мол, ничего не попутал, дружище? Но отходит к дому, начиная вырисовывать в воздухе символы. Эльфийская магия, по слухам, была прекрасно, но Агата этого не видела, потому что ее сознание укатилось куда-то в темноту.
Дом вспыхнул, как спичка, ожидавшая своего часа в тесной коробке. И морок спадает окончательно, как вуаль с удивленной женщины. По ощущениям всё это напоминало вздох облегчения, когда осознаешь, что машина, решившая тебя сбить, проносится мимо.
Сердце девушки пропускает удар, она это чувствует, как и слышит всё то, что творится вокруг, но глаза не хотят открываться.
– Агата! – строгий голос Аарона позабавил.
Давненько она его не слышала вот таким.
– Она придет в себя чуть позже. Яд этих тварей своеобразен. – Эграсса как-то странно улыбается, явно зная что-то, о чем не хочет делиться. – Держи ее крепче, всё что могу посоветовать.
Кто –то явно хочет получить посохом по голове!
Аарон поднимает взгляд на виверн, что собрались улетать. С какой-то стороны он не имел права их задерживать, тем более, что ни о какой защите речи не шло. Но разобраться в происходящем стоило.
– Инэ, – зовет он ту, что уже имела честь разговаривать с ними. – Позвольте узнать, сколько долго вы обитаете в данных землях?
Казалось бы, простой вопрос, но должен поставить на свои места некоторые детали.